Браво, вахтанговцы

Publication date: 14 November 2011

Author: Юрий Акимов

Issue: Gudok.ru

Вчера в театре состоялась премьера юбилейного спектакля «Пристань» с участием легендарных Юлии Борисовой, Людмилы Максаковой, Владимира Этуша, Юрия Яковлева, Василия Ланового, Вячеслава Шалевича, посвятивших всю свою творческую жизнь одному театру – Вахтанговскому.

Театральная Москва впервые услышала о вахтанговцах ещё в 1913 году. Несколько студентов во главе с тридцатилетним учеником Станиславского Евгением Вахтанговым решили создать драматическую студию. К сожалению, первый их спектакль оказался провальным, и дирекция Художественного театра запретила Вахтангову руководить студией.

Однако молодые актёры, арендовав помещение в Мансуровском переулке, продолжали работать тайно. В 1917 году студия вышла из подполья и получила название «Московская драматическая студия Е.Б.Вахтангова». А в 1920-м она была принята в состав Художественного театра.  

Датой рождения Театра имени Евг. Вах­тангова считается 13 ноября 1921 года, когда студийцы въехали в собственное здание на Арбате, где театр находится и поныне. Именно здесь 90 лет назад вахтанговцы показали свой первый спектакль по пьесе Метерлинка «Чудо Святого Антония».

По существу новое рождение театра произошло 28 февраля 1922 года, когда состоялась премьера «Принцессы Турандот» – последнего прижизненного спектакля Евгения Вахтангова. Сохранилось немало свидетельств, с какой страстью трудился над ним смертельно больной режиссёр и с каким восторгом спектакль принимала публика. И хотя за стенами театра разворачивалась советская действительность, Вахтангов поставил спектакль, не украшая её, а вопреки ей. Весёлое, солнечное представление в холодном и голодном 1922 году утверждало жизнь, любовь, добро.

«Ему мало было дней, он ночи превратил в день», – вспоминали друзья Вахтангова. В ночь с 23 на 24 февраля 1922 года он репетировал в меховой шубе, голова была обёрнута мокрым полотенцем, его бил озноб. Наконец, попрощавшись с актёрами, Вахтангов под утро вернулся домой, лёг и больше уже не вставал. 

Премьеру «Принцессы Турандот» студийцы играли уже без него. Но завет мастера «нет праздника – нет спектакля» они в полной мере осуществили. «Зрители хохотали не останавливаясь, непрестанно слышались аплодисменты, – вспоминали очевидцы. – Успех «Турандот» был универсальным: у интеллигентной арбатской публики и студенческой молодёжи, у рабочих и нарядно одетых нэпманов».

Рассказывают, как в антракте первого представления «Принцессы» К.С.Станиславский взял извозчика и поехал поздравить Вахтангова (тот, отправив своих на спектакль, лежал один в пустой тёмной квартире). Второй акт задержали – ждали возвращения Станиславского. После спектакля он снова позвонил Вахтангову, чтобы передать своё восхищение. 

Как писали газеты, это был не просто успех – фурор, ликование, бесконечные овации. Знаменитый актёр Михаил Чехов, вскочив на кресло, провозгласил: «Браво Вахтангову!»

Спустя три месяца после премьеры, 29 мая 1922 года, жена Вахтангова сообщила, что Евгению Багратионовичу совсем плохо. Окружённый учениками Вахтангов умер около десяти часов вечера того же дня. Гроб с его телом друзья несли на руках от театра до Новодевичьего кладбища.

После смерти великого режиссёра в театре менялись режиссёры, менялся репертуар. Борис Захава, Юрий Завадский, Алексей Попов – большие личности определяли художественную политику театра. Одни следовали вахтанговским традициям, другие избирали прямо противоположный путь. В 1932 году известный художник и режиссёр Николай Акимов, поставив «Гамлета» в духе буффонады, был нещадно раскритикован за формализм.

Правда, за постановку никто не пострадал. За что другие театры закрывались, а режиссёры попадали не просто в немилость, а в тюрьмы, Театр Вахтангова лишь журили. Среди почитателей Вахтанговского театра, объясняют мемуаристы, были самые высокопоставленные властители времени – Авель Енукидзе, Климент Ворошилов, заместитель начальника ОГПУ Агранов, сам Сталин. До середины 20-х Сталин приходил в театр запросто и садился в шестом ряду партера. Позднее его постоянное место было в правительственной ложе, в углу второго ряда, за широкой спиной телохранителя.

Однако в конце 1930-х и вахтанговцы не избежали репрессий. Неоднократным арестам подвергался граф Николай Шереметев, музыкант оркестра, а также супруг звезды театра Цецилии Мансуровой, работавшей ещё в той самой тайной студии в Мансуровском переулке, откуда, кстати, и образовался её псевдоним. Не удалось отстоять и актрису Валентину Вагрину, арестованную вслед за мужем и отправленную в ссылку. А после войны театр не смог спасти режиссёра и актёра Освальда Глазунова.    

Веха в истории театра – «правление» Рубена Симонова (1939–1968). При нём после войны сложился великолепный ансамбль, состоявший, как правило, из выпускников собственного училища, – Михаил  Ульянов, Юрий Яковлев, Василий Лановой, Людмила Максакова, Владимир Этуш. С их участием в 1963 году главному режиссёру удалось возобновить «Принцессу Турандот» – знамя и символ вахтанговской школы.

После смерти народного артиста СССР Михаила Ульянова, который возглавлял театр с 1987 по 2007 год, вахтанговцы пригласили человека со стороны – известного литовского режиссёра Римаса Туминаса. Именно он взялся поставить спектакль «Пристань», посвящённый 90-летию театра. В нём наряду с молодыми артистами участвуют все легендарные звёзды театра. 

Накануне юбилейной премьеры Римас Туминас издал шуточный приказ – «до 14 ноября запрещаю кому бы то ни было болеть, отлынивать от работы, а тем более умирать».