Сцену театра Вахтангова занесло снегом

Дата публикации: 22 января 2010

Автор: Ольга Романцова

Издание: Газета

Спектакль «Маскарад» по пьесе Лермонтова, премьера которого состоялась в театре имени Вахтангова — это новая авторская версия «Маскарада» Римаса Туминаса, поставленного в 1997 году в Вильнюсском Малом драматическом театре. Артисты — вахтанговцы наполнили уже знакомую знатокам театра форму новым содержанием.

Как полагается хорошему худруку, Римас Туминас каждый раз ставит спектакли в театре Вахтангова с разными актерами. «Троил и Крессида» сделаны для молодежной части труппы, «Последние Луны» для мастеров, Василия Ланового и Ирины Купченко. В «Дяде Ване» играет целое актерское созвездие — от Сергея Маковецкого до Владимира Вдовиченкова. Для «Маскарада» опять собрана новая актерская команда.
Cнег сыплется под вальс Хачатуряна

Эта команда играет спектакль по правилам, не похожим на те, что Туминас предлагал литовским актерам в первой версии спектакля в 1997 году. Трактовки образов в одной и в другой версии спектакля заметно отличаются друг от друга, но сравнивать их не стоит по очень простой причине. Литовский «Маскарад» показывали в Москве всего пару дней, и его посмотрели только критики да люди очень заинтересованные. Вахтанговский «Маскарад» смогут посмотреть все, кому это будет интересно.

Их ждет вызывающе красивый и самый снежно-белый в Москве спектакль. Сцена покрыта толстым слоем искусственных снежинок. Сценограф Адомас Яцковскис заменил указанный в пьесе игорный дом и бальные залы на пустое пространство с надгробными памятниками и изящной статуей женщины, очень похожее на заброшенное кладбище. С «неба» сыплются хлопья снега, и снежной метели аккомпанирует тревожный вальс Арама Хачатуряна, который звучит снова и снова, превращаясь в лейтмотив спектакля.

«Получив приглашение стать художественным руководителем Вахтанговского театра, я сразу подумал о „Маскараде“. Ведь именно для здешнего „Маскарада“ Арам Хачатурян написал свой знаменитый вальс. Он посвятил его актрисе Алле Казанской, игравшей в этом спектакле, и был в нее влюблен,- рассказал GZT. RU режиссер Римас Туминас.- Мне хотелось, чтобы вальс Хачатуряна снова зазвучал в этих стенах. Еще одна из причин для переноса — мне хочется, чтобы мой „Маскарад“ посмотрели московские зрители. Хотя в спектакле многое изменилось: появились новые детали и акценты».
Интрига «Маскарада» закручивается в буквальном смысле слова, как снежный ком. В первых сценах Слуга, человек зимы (Виктор Добронравов) лепит небольшой снежный шарик. К финалу шарик разрастается до огромного, выше человеческого роста белого шара, в который «закатывают» Арбенина.

Но Туминас вовсе не намерен вызывать у публики священный трепет. Режиссер относится к своему спектаклю и романтическим мифам с немалой долей иронии. Из речки, окружающей сцену, выныривает то огромная рыба, то аквалангист в маске. В ней топят пойманного шулера, но труп всплывает на поверхность. Поэтому к нему вместо груза привязывают женскую статую, украшавшую сцену.
Героя карает снежный шар

Вопреки названию «Маскарад», на сцене нет ни одной маски. Вместо них на сцене — люди с застывшей, почти кукольной пластикой. Из таких людей-кукол состоит толпа, снующая в «маскараде» по сцене. Та же толпа собирается на великосветском рауте.

Арбенин (Евгений Князев) равнодушно наблюдает за этой толпой, чем-то похожей на стадо. Он чувствует себя хозяином жизни. Человеком, который, зная слабости ближних, умеет ими управлять. В эту идеальную модель не желает вписываться только юная, взбалмошная Нина (Мария Волкова). Она кокетничает, дразнит мужа, едет без спроса на маскарад, и расплачивается за свое чрезмерное жизнелюбие. В момент смерти она застывает на мраморном пьедестале, как статуя или застывшая, ледяная фигура.

В трагедии Лермонтова Арбенин сходит с ума. Туминас еще более жестоко наказывает его за убийство, делает это по-роматически изощренно. Бывший хозяин жизни, сойдя с ума, убегает от огромного снежного шара, который преследует его, как Медный всадник — героя одноименной пушкинской поэмы. И обессилев, падает, и исчезает под тяжестью накатившейся на него глыбы.