Знаменитая постановка Петра Фоменко — бенефис Людмилы Максаковой в роли роковой старухи.

Дата публикации: 15 сентября 2011

Автор: Наталья Витвицкая

Издание: Ваш досуг

Есть такие счастливые постановки, которые подобно хорошему вину, год от года «растут в цене». Такова фоменковская инсценировка пушкинской прозы на большой сцене Театра Вахтангова. Один из ключевых спектаклей основного репертуара, несомненный хит и большая удача актеров, «Пиковая дама» обязательна к просмотру.

Гений Пушкина и гений Фоменко. Последний не только не вступает с классиком в творческий спор, но обыгрывает каждую фразу (даже эпиграф) и выводит на сцену всех пушкинских персонажей, условных тоже (Юлия Рутберг, например, замечательно играет Тайную Недоброжелательность). Режиссура, верная слову и слогу Пушкина, пленяет с первой секунды. Когда на сцене вдруг оживает светское общество, гусары раздают карты, покручивая усы, Лиза вышивает крестиком, а старая графиня омерзительно кокетничает с экс-кавалером.
Молодой задор, лукавство и просто любовь к жизни, — Фоменко мыслит пушкинскими категориями. И выступает здесь как мастер, умеющий оживить пыльную классику так, что после спектакля хочется немедленно перечитать «оригинал». Именно еще раз окунуться в текст, ведь в самой постановке от него тоже никто не отвлекается. Персонажи в прологе выходят к зрителю, читая Пушкина по ролям, затем отрываются от пыльных томиков все чаще и чаще. При этом все вроде бы понарошку играют произведение из школьной программы. Отсюда та самая пленительная и раскованная литературность, которая отличает спектакли Фоменко от многих других. 

В «Пиковой даме» режиссер делает ставку на театр-развлечение. Спектакль постановлен исключительно для того, чтобы побаловать искушенного зрителя. Того самого, который разглядит в игре Людмилы Максаковой самоиронию, а режиссуре Фоменко — абсолютное растворение в пушкинской стихии. Никакого морализаторства или очевидных выводов в финале. Да, Графиня, не выдержав последней в своей жизни любовной сцены, умерла, Германн сошел с ума, а Лиза разочаровалась в мужчинах. Но только следуя логике жизни, а не в наказание. Никаких пафосных трагедий, только мудрая ирония над человеческим несовершенством.
Примечательно, что в сцене похорон графини на сцене нет гроба, Графиня в своем кокетливом кружевном саване прекрасно существует на сцене и после своей смерти — она издевается над Германном и распевает романсы своей юности. В этой графине очевидна ведьма, совсем не жестокая, но вредная и задиристая безобразница без возраста.
Она одновременно отталкивает и очаровывает. Без сомнения, это одна из лучших, бенефисных ролей актрисы. Не зря она называет Петра Фоменко самым любимым своим режиссером. Тандем блистательный, и не увидеть его в действии для любого театрала равнозначно преступлению.