Юлия Рутберг: Очень не люблю быть бедной

Дата публикации: 9 ноября 2007

Автор: Борис Тух

Издание: Postimees

Юлия Рутберг — одна из интереснейших актрис современного российского театра. Яркая ироничная экстравагантность, эксцентричность, психологический парадокс — почва, на которой рождаются образы, созданные актрисой.
На фестивале «Золотая Маска в Эстонии» эстонский зритель мог увидеть Юлию Рутберг в спектакле Театра Вахтангова «Пиковая дама» в постановке Петра Наумовича Фоменко. В последний раз актриса
Театра Вахтангова Юлия Рутберг приезжала в Таллинн со спектаклем Андрея Жолдака «Опыт освоения пьесы „Чайка“ системой Станиславского».


Вы тогда играли Аркадину в совершенно непривычной постановке Андрея Жолдака. Вы часто попадаете в такие проекты?

Нет, не часто, но я охотно иду в них. Потому что сыграть Аркадину в возрасте, какой написан у Чехова, дорогого стоит. Для меня это было просто открытием. Записи старых спектаклей, в которых чеховских героинь играли дамы почтенного возраста — Тарасова, Еланская — для меня какой-то странный, музейный, неживой, схоластический театр.
Я недавно прочитала вот такую толстенную монографию Рейфилда о Чехове, которая еще раз убедила меня в том, что Антоша Чехонте был сложным человеком, совсем не таким милым. Иногда очень циничным и жестоким. Говорят, таковы многие люди, болеющие чахоткой, понимающие, что они смертники.
Я была в восторге от проекта Жолдака. Мне казалось, что мы прорвались в Чехова XXI века, в стихию, из которой родился очень живой и естественный театр.
На этом спектакле произошла интересная история. В первых рядах, как водится, сидели люди, способные заплатить большие деньги за билет. Пришли посмотреть на звезд живьем. Увидев, что творится нечто неожиданное: звезды совсем не похожи на себя в телевизоре, нувориши в антракте разошлись.
Я считаю, что это высочайшее достижение. Мы прогнали тех, кому не был адресован спектакль. Вообще, мне кажется смешным артисту программировать свое участие в проектах, которые обречены на успех! Кто знал, что «Пиковая дама» будет успешной?

Фоменко.

И у Фоменко бывали провалы. Петр Наумович абсолютно живой человек, и у него бывают спектакли и лучше, и хуже. Другое дело — он самый сильный из тех людей, которые сегодня существуют в списке режиссуры.

Скажите, как ваши амбиции, устремление к высокому, сочетаются с игрой в телесериалах?

Элементарно, Ватсон! Это абсолютно нормальная работа. Я очень не люблю быть бедной. Это унизительно. Поэтому я зарабатываю деньги! Для того, чтобы потом, почти не зарабатывая, играть в спектаклях, которыми можно гордиться. Я же не пойду к Никите Сергеевичу Михалкову и не скажу ему: «Снимите меня, а не какую-то другую артистку». И к Балабанову не пойду проситься…

Вы бы хотели сниматься у Балабанова?

Никогда!

Я так и думал. А у кого хотели бы?

У Ромма и Авербаха. А также у Швейцера. У Феллини, у Висконти… Насчет Антониони еще подумала бы. У Трюффо. Даже у Бессона. Вот с ним мне было бы интересно — он очень неожиданный человек. У Копполы. И, конечно, у Боба Фосса!

Да, пожалуй, роль Лайзы Минелли в «Кабаре» могла бы стать вашей ролью.

Нет, это ее роль. А я бы хотела, чтобы для меня написали что-то подобное. Или что-то вроде роли, которую Барбра Стрейзанд сыграла в «Смешной девчонке». Какое там точное попадание в личность актрисы! Барбра доказала, что не всем женщинам для того, чтобы состояться, надо обладать красотой Мэрилин Монро. Достаточно быть индивидуальностью.
А если вспомнить Раневскую. А если взять Инну Михайловну Чурикову, Лилию Ахеджакову! Или Алису Фрейндлих. Она для меня — красавица. Потому что талант!
А если вы посмотрите двухсерийный фильм «Голосами рыб», который скоро выйдет на экраны, то увидите, что и я кое-чего стою! Снимал его Евгений Александрович Гинзбург, божественный режиссер.
Он меня впервые пригласил сниматься, когда я только-только окончила училище, сыграла в «Пышке» роль Старшей проститутки… Мы даже грим сделали под Лайзу Минелли. В «Дюймовочке» — это мюзикл — я играла мышь, а Армен Борисович Джигарханян — Крота, и это было пиршество!
Гинзбург не сомневается, что я могу все. И я в самом деле в его присутствии способна на все. Хотите — спою. Хотите — станцую. Хотите — буду нежной и прозрачной.

Актрисе нужен ум?

А врачу? А учителю? Ум - это универсальная составляющая человека. Глупый человек так же опасен в любой профессии, как утечка газа. Как пожар. По глупости совершаются самые непоправимые поступки.
Наверно, чем умнее актриса, тем интереснее у нее получаются совсем уж невероятные идиотки, вроде вашей Николетты из сериала про Ивана Подушкина по книгам Дарьи Донцовой.
Я эту идиотку играю с наслаждением, самозабвенно. Я трачусь!

Донцова смотрела сериал?

Да. И осталась очень довольна моей Николеттой. Сказала, что я даже улучшила то, что она имела в виду. «Вы, конечно, очень внимательно прочли мои романы?» — спросила она. И я ее расстроила. Я призналась, что ни одной ее книжки не прочла. Я прочла сценарий и поняла, что это будет нафантазированный реализм. И играла по заветам моего учителя. Евгения Вахтангова.