Владимир Вдовиченков

Дата публикации: 3 сентября 2007

Автор: Данила Пронин

Издание: Maxim

Обладатель самой мужественной внешности в нашем кинематографе героически ответил на дерзновенные вопросы, чтобы получилось это харизматичное интервью.

 — Владимир, тебе сейчас 36 лет. Чувствуешь себя взрослым?
 — Скорее, повзрослевшим. Замечаю, что стал более циничным. И это, по правде сказать, пугает. Когда перестаешь удивляться и все самому себе можешь объяснить, становится очень скучно жить.

  — А если бы тебе для борьбы со скукой предложили на выбор какую-нибудь суперспособность — летать, убивать взглядом, — что бы ты пожелал?
 — Я бы, наверное, растерялся и попросил какую-нибудь ерунду вроде «хочу хомячка». Но в идеале, конечно, хорошо иметь многофункциональную волшебную палочку, чтобы исполняла любое желание. Захотел — полетел, захотел — взглядом стену прошиб. 

  — Кстати, об ушибах. Слышал, на съемках «Параграфа 78» у тебя было чуть ли не сотрясение мозга. Шанс получить по голове — самая неприятная сторона актерской профессии?
 — Не чуть ли, а самое настоящее сотрясение мозга. Спасибо Гоше Куценко. Только не нужно делать из него Терминатора. Это была нелепая случайность. Я сам виноват. Актер, снимающийся в боевиках, должен быть готов к травмам. А самое неприятное — это, пожалуй, необходимость работать. Не поверишь, так лень! Кино — невероятно хлопотное дело.

  — Если, победив врожденную лень, ты подойдешь к перекладине, сколько раз подтянешься?
 — Раз пятнадцать точно. Недавно отжимался — вышло сорок восемь. Правда, я был выпивши и делал это на спор. Но с утра осилил бы наверняка и раз шестьдесят.

  — Когда ты последний раз плакал или хотя бы ронял скупую мужскую слезу?
 — Когда пересматривал «Форрест Гамп». Всегда рыдаю, когда смотрю этот фильм. Особенно во время сцены, когда Форрест приносит Дженни письмо. Том Хэнкс меня просто убивает.

  — Да ты сентиментальный парень! Расскажи, что такого особенного должно быть в женщине, чтобы тебе хватило ее на всю жизнь?
 — Женщины в ней должно быть много. Плохо, когда через неделю общения ты уже понял о девушке все. Нужно, чтобы и спустя годы человек, которого ты вроде бы изучил вдоль и поперек, вдруг выдавал такие номера, что дух захватывало бы. А вот чего я не переношу, так это самоуверенной глупости. Меня аж трясет, когда попадаются такие кретинки — ни черта не понимающие, но с фанатичной верой в собственную правоту. Хотя девушке не обязательно быть умной. Женщины должны делать то, что им не запрещается. Мужчинами.

  — После этой реплики на тебя наверняка ополчится прекрасная половина читательниц MAXIM. ..
 — Да пожалуйста! Я вообще сторонник стопроцентного патриархата. Женщина создана для того, чтобы делать мужчине хорошо.

  — А ты пробовал виагру?
 — Нет. Но хочу попробовать. Интересно понять, в чем фишка. Хотя я немного переживаю, что люди могут подумать: молодой крепкий парень, а жрет виагру. Вот если бы втихаря купить в аптеке, чтобы не началось всех этих разговоров: «А Вдовиченков-то импотент!» — я бы поэкспериментировал.

  — По слухам, ты крайне постоянен в пристрастиях и всю жизнь ездишь только на «БМВ»?
 — У меня были разные машины, но я понял, что люблю именно эту марку. Во-первых, конечно, «Бумер» наложил свой отпечаток. Ну а во-вторых, «БМВ» — просто сумасшедший аппарат. Сейчас у меня Х5. Взял джип, потому что на нем и по плохим дорогам, и по снегу, и по грязи как по асфальту. Роскошная машина.

  — Если биографы не врут, ты заканчивал Кронштадтскую мореходную школу и служил на Северном и Балтийском морях.
 — Не врут. Но я не служил, а работал во флоте обеспечения военных кораблей, чтобы получить военный билет. Это был такой закос от армии. Но экстрима хватало. Помню, как я первый раз вышел в море. Был жуткий шторм, меня тошнило так, что, думал, умру. Стармех говорит: «Или работай, или прогул». А прогул — это увольнение и прямая дорога в армию. Короче, перемещался я по судну на четвереньках. А работа заключалась в том, что нужно было подняться на самую высокую точку, снять огромный тепловой радиатор, отнести его вниз, заварить и прикрутить обратно. Радиатор тяжелый, нести его мы должны были вдвоем. В результате я полз на четвереньках, радиатор лежал у меня спине, а сзади шел парень и поддерживал его за трубы. Думаю, со стороны мы смотрелись крайне эротично.

  — Это и было самое сложное испытание в жизни?
 — Нет, самое сложное испытание у меня сейчас — ремонт в квартире. Серьезно, это ад! Я постарел на десять лет, окончательно утратил веру в людей, стал параноиком. Второго ремонта в своей жизни я точно не переживу.