Владимир Вдовиченков: Все только начинается

Дата публикации: 29 августа 2007

Автор: Анастасия Шутова

Издание: Новые известия

Владимир Вдовиченков проснулся известным после фильма «Бригада», закрепил успех легендарным «Бумером». А новая волна его популярности началась после раскритикованного всеми «Параграфа 78». Сегодня брутальная звезда боевиков ждет новых ярких ролей и работает в театре им. Евг. Вахтангова. В ноябре, к юбилею Михаила Ульянова, театр представит новый спектакль — «Правдивая история одного квартала» (по повести Джона Стейнбека «Квартал Тартилья-Флэт»), в котором у Вдовиченкова главная роль. О том, где проще работать — в кино или в театре, актер рассказал в интервью «Новым Известиям».

 — Сейчас вы работаете над спектаклем специально к юбилею Михаила Александровича Ульянова, ушедшего от нас в этом году. Что это будет за спектакль?

 — Я бы не хотел говорить, что готовлю эту роль именно к юбилею. Спектакль — это, знаете, как ребенок? Конечно, ясно, что есть сроки и есть дата рождения. Премьера запланирована на 20 ноября этого года. Но запланировать — это одно, а там уж как получится. По поводу роли — это невозможно объяснить в двух словах. Тем более в данном случае. Я бы назвал эту вещь эпосом, потому что это не очень-то простая история. А потом это же даже и не пьеса, а инсценировка повести.

 — Несмотря на то, что в Театре Вахтангова вы играете уже пять лет, все же больше известны по ролям в кино. Ощущаете себя больше актером театра или кино?

 — Так вообще нельзя говорить. Это же две совершенно разные вещи, хотя со стороны, ну, да, кажется, что актер занимается одним и тем же. Театр — это репетиции, это наработка навыков, опыта, общения со зрителем. Это то, чего в кино нет. В кино ты существуешь в реальном режиме. Если это квартира, это квартира, если это улица, то это улица, а здесь, в театре, и квартира, и улица, и поезд, и самолет — это просто сцена. Всегда так. Поэтому в театре необходимо больше включать воображение, должна быть, я бы сказал, ну, просто детская непосредственность, чтобы поверить в предлагаемые обстоятельства, даже и в самой трагической пьесе. В кино все проще. Не получилось сразу — будет еще дубль. Поэтому в кино может сниматься любой.

 — Неужели любой?

 — Да, потому что большое заблуждение в том, что надо учиться для того, чтобы быть киноактером. Ну, нужно быть лишь более или менее одаренным. И я вам могу сказать, что очень часто снимался с непрофессиональными актерами, у которых многое получалось лучше, чем у профессионалов.

 — В кино вы, как правило, играете роль суперменов, а вот в театре, например, графа Орлова в «Царской охоте» Леонида Зорина. Какое амплуа вам ближе?

 — Приглашают — играю. И не задумывался, почему я играю тех или иных людей. Я знаю, что есть определенная фактура, есть данные, знаю, что меня скорее пригласят на роль супермена, нежели на роль молодого интеллигентного парня.

 — А вообще боевики, в которых вы снимались, имеют что-то общее с действительностью? Например, работа разведки в «Звездочете»?

 — Мы вовсе не старались отображать правду, ее и так на улице хватает. Мы брали какую-нибудь ситуацию и старались сделать ее выпуклой, как через увеличительное стекло, даже гипертрофированной чуть-чуть, добавляли драматизма, переживаний? Хотя, наверное, и в реальной жизни не менее драматичные моменты происходят. Конечно, художественно приукрашали, чтобы до зрителя дошло, чтобы он ощутил всю мерзость происходящего?

 — Вы, как и многие артисты, снимаетесь в рекламе — вас это не смущает?

 — Ну это же бизнес. Кого же приглашать, как не тех, кто более всех узнаваем. Кто-то, конечно, более охотно, кто-то менее охотно идет на съемки в рекламе, но я к этому отношусь абсолютно нормально. Так же, как к проведению каких-либо мероприятий. Это лишь часть работы.

 — Кстати, до того, как стать актером, вы кем только не работали — кочегаром на теплоходе, официантом, машины перегоняли. А почему сразу не попытали счастья в кино?

 — Не знаю. Я никогда не знаю, как ответить на этот вопрос. Пути Господни неисповедимы.

 — Может, кино не любили?

 — Любил. Причем с детства. И самые разные фильмы. Я и сейчас тоже люблю разное кино. Около пятидесяти фильмов я точно хотел бы иметь на своих полках — то есть картины, которые я пересматриваю и которые мне нравятся. Вот, например, фильм «Апокалипсис сегодня» — хорошее кино, оно мне очень нравится.

 — А в тот ресторан, где когда-то работали официантом, ходите?

 — Нет, больше не хожу. Он испортился. Я ведь хожу в рестораны не из-за чувства ностальгии. Я хожу туда, где вкусно кормят и где хорошая публика. Вот в клубы вообще не хожу — там узнают часто, а это тяжело. Хочется отдыхать, а не интервью давать всем подряд.

 — И поклонницы сегодня докучают так же, как и после «Бумера»?

 — Ну, спасаться не приходится, хотя они, разумеется, приходят. Но я человек разумный и в эти игры не играю.

 — А как вы предпочитаете расслабляться?

 — По-разному? В детстве я боксом занимался — улица требовала, а сейчас не занимаюсь уже давно. И не жалею, кстати. Хожу в спортзал — тягаю «железки», плаваю в бассейне… А так… работа, работа. Хочется сняться в хорошем кино, в спектакле сыграть тоже хочется, а еще детей родить. Дел — миллиард. Все ведь только начинается.