Мария Аронова: Стараюсь не врать и не изменять себе

Дата публикации: 13 сентября 2012

Автор: Любовь Лебедина

Издание: Трибуна

В этом году ведущая актриса Театра имени Вахтангова Мария Аронова получила звание народной артистки РФ, к тому же ей исполнилось 40 лет. Обычно женщины скрывают свой возраст, только не Аронова, поскольку для нее года – большое богатство. В плане накопления творческого опыта и мастерства. А лишние морщинки на лице можно загладить гримом.

 Аронова принадлежит к той редкой категории актрис, которые не боятся быть уродливыми или смешными на сцене. Впрочем, комедия – это ее главный конек. Будучи студенткой 2-го курса Щукинского училища, она блистательно сыграла Белотелову в комедии Островского «Женитьба Бальзаминова». И это был ее первый дебют на профессиональной сцене, после чего режиссеры стали к ней присматриваться, приглашать на съемки, ибо такую органику и естественность, как у нее, редко встретишь. А еще она замечательный человек, спокойный, рассудительный без фанаберии. Мать двоих детей. Любит быструю езду на машине и рыбалку. Поводом для нашей беседы послужил 200-й спектакль «Дядюшкин сон», где она играет в паре с легендарным Владимиром Этушем, и считает это для себя большим счастьем.

– Мария, в одном из интервью вы сказали, что спектакль «Дядюшкин сон» стал для вас поворотным. Можно узнать, почему?

– Ранее мне казалось, что моя походка, голос, лицо без «боевой раскраски» никому не интересны. А Владимир Владимирович Иванов, мой мастер, мой отец творческий, которому я бесконечно благодарна, сделал для меня грандиозное дело: я поняла, что могу завлекать зрителей без всяких наклеенных ресниц и экстравагантных костюмов. Главное, понимать: о чем играешь, ради чего играешь, и, конечно, он помог мне преодолеть боязнь перед старшим поколением. Перед этим у меня был провальный спектакль «Варвары», где я играла с Михаилом Ульяновым, царство ему небесное, и его авторитет не мог не влиять на меня, я вся сжималась, робела... И тут вдруг встреча с моим ректором, которого я очень боялась, поскольку он человек очень резкий и жесткий. Сейчас же между нами самые доверительные, родственные отношения. И в этом тоже заслуга Иванова. Именно поэтому «Дядюшкин сон» является для меня судьбоносным.

– Наверное, сыграть 200 раз один и тот же спектакль для артиста – большое испытание. Или вы все-таки пытаетесь находить в нем что-то новое?

– В силу того, что Владимир Владимирович Иванов всегда следит за своими постановками, а Владимир Абрамович – человек-сюрприз, способный каждый раз импровизировать и даже переставлять фразы, и ты должен быть готов к этому, то это всегда испытание и постоянные сюрпризы. Положа руку на сердце, могу сказать: на сегодняшний день это самый тяжелый спектакль для меня, как физически, так и морально. Я к нему готовлюсь долго. Ибо тот образ жизни, который сейчас ведут артисты, а профессия, можно сказать, превратилась в ремесло, мне ведь тоже приходится часто играть, спать несколько часов в сутки, к «Дядюшкиному сну» надо подходить не спеша, и в день его представления думать только о нем.

– Скажите, прошлый театр под руководством Михаила Ульянова и нынешний Римаса Туминаса – это разные художественные организмы, или все-таки какие-то традиции сохраняются?

– С Римасом Владимировичем я по большому счету не работала, и что он представляет собой в момент репетиций, я вам не скажу. А тот театр, в который я пришла после окончания Щукинского училища, напоминал родной дом, где меня приняли с распростертыми объятиями. Там были люди-пароходы, которые, слава Богу, и сейчас живы, и они не только знали, как тебя зовут, но и смотрели твои работы, делали замечания, что было большой честью для меня. В первую очередь, конечно, Михаил Александрович Ульянов, которого я никогда не ощущала большим начальником, он был просто близким человеком.

Что касается Римаса Туминаса, то у него сегодня очень высокий авторитет в коллективе. Он бесконечно талантлив. Благодаря ему люди объединились. Чего при Ульянове не было. По каким причинам – сказать не могу, но я видела, что существует некое деление по кланам, по возрастам. А сейчас Туминас смешал все краски, и образовалось единое художественное полотно. Так, в спектакле «Пристань», сделанный к юбилею театра, он совершил невозможное – соединил всех актеров-пароходов. Подарив каждому по огромному куску счастья. Вы видели, что происходит с залом, когда на сцену выходят Борисова, Коновалова, Максакова, Яковлев, Лановой, Шалевич, Этуш.

– Мария, вы очень много работает и в театре, и в антрепризе, и в кино, которое, как мне кажется, больше забирает у актера, чем дает. Или я ошибаюсь?

– Это смотря какой материал и какой режиссер. Например, я счастлива, что встретилась на съемочной площадке со Станиславом Говорухиным в фильме «Актриса», также неплохая роль получилась в «Охотниках за бриллиантами» у Саши Котта. На это меня подвигнул Женя Миронов. Я довольна, что у меня есть такой сериал, как «Восьмидесятые». Я также горжусь телевизионной программой «Люблю, не могу», которую веду, где люди всерьез что-то обсуждают, высказывают свое мнение. И тем не менее все, что я перечислила, невозможно сравнить с театром. В первую очередь я актриса театральная.

– Когда-то у вас было жизненное кредо: «Никогда не врать и не изменять себе». Вы по-прежнему его придерживаетесь?

– По крайней мере, очень стараюсь: не предавать себя, не нарушать своего внутреннего гармоничного покоя, каких бы боев это не стоило. Ибо самоуважение для меня остается главным.

– В этом же духе воспитываете своих детей?

– Да. Их у меня двое: Владику 21 год, а дочке 8 лет. В этом году она пошла во второй класс.

– Быть мамой актрисе, по всей вероятности, сложно? Кто-то вам помогает?

– Если бы не мой заботливый муж, то я вообще не знаю, как бы сложилась моя творческая жизнь. Судьба распорядилась так, что на смену ушедшей в мир иной маме пришел Женя, и он заменил мне все. Он моя надежда, моя опора, мой тыл. Одним словом, любимый мужик, от которого я родила девочку, и мы вместе строим планы на будущее. Стараемся, чтобы наши дети были счастливы, получили хорошее образование.

– Извините за меркантильный вопрос: сколько стоили сборы вашей девочки в этом году в школу?

– Точно не скажу, поскольку этим занимался Женя. Дело в том, что сейчас у нас закончилась стройка, и я, к своему удивлению, начала изучать семейный бюджет, чем раньше никогда не интересовалась, и обнаружила, какие колоссальные деньги уходят на воспитание ребенка. Если, конечно, хочешь дать ему хорошее образование, чтобы он занимался музыкой, иностранным языком, конным спортом.

– И последний вопрос: по-вашему, миром правит любовь?

– Смотря какая любовь. Достаточно часто любовь путают с влечением. И когда это влечение заканчивается – у людей пропадает желание жить вместе. С моей точки зрения, любовь – это такая огромная, тяжеленная телега, в которую впрягаются двое и долгие годы стараются везти ее и помогать друг другу. Ну а когда рождаются дети, то тут начинается новый виток. Многие мужики не выдерживают этого, уходят. Вот почему у нас так много неполных семей и мальчиков воспитывают мамы, а потом из них вырастают парни с женской психологией. И это беда, потому что в дальнейшем они не знают, что такое отвечать за семью, как проститься с собственным эгоизмом. Впрочем, это длинный разговор.