Вечер памяти Михаила УЛЬЯНОВА.

20 ноября на Новой сцене Театра имени Евгения Вахтангова состоялся Вечер памяти Михаила Ульянова. В этот день ему бы исполнилось 90 лет.

Вечер, который устроили Вахтанговцы, не был похож на традиционные юбилейные вечера, когда кадры из фильмов и фрагменты из спектаклей, перемежаются воспоминаниями его коллег.

В зале не было традиционных портретов артиста – на заднике во всю ширину сцены - сибирская река, запорошенная снегом, уходящая далеко за горизонт, деревушка с церковкой, широта и простор… Справа – костюмы, в которых Михаил Александрович сыграл свои лучшие роли, слева маленькая кафедра со стопкой книг «Неизвестный Ульянов».

Вечер начался оркестровой темой Мити из к/ф «Братья Карамазовы».

 

Слово – Михаилу Александровичу Ульянову.

Отрывки из дневников в исполнении Вахтанговцев разных поколений:

Юрий Цокуров:

«Черт, писать в этот дневник совершенно нечего. Дела в студии идут обычным чередом, все так же течет в моей жизни. Что ты, Мишка, живешь так? Как? Да так, почему ты такой сухой, скромный, всего боишься? Будь, черт тебя возьми, посмелей. Ты даже с девушкой поговорить не можешь. Больше смелости, Миша, и ты будешь лучше жить. Но не будь глуп и вообще… Ну, это всё мораль».

«Эх! Черт бы побрал всё! И эту дурацкую скромность, и еще всяких недоделок в характере. Но, наконец, я понял, что значит стать актером, это не так легко – это трудно, но приятно после сделанной работы».

«Нужно бороться за свое существование в жизни. Везде ложь, обман, лицедействие. Ох, Мишка, трудно будет! Но мужайся. Дерись за каждую мелочь в жизни. Не будешь скромным (но и не будешь нахалом), а то заклюют. Читай, учись, прибавляй, отбрасывай от себя. Лепи себя, Мишка, а то трудно будет жить».

  Виктор Добронравов:

«Завтра исполняется 35 лет. 35 лет – это еще и немного, но это уже и много. Это какой-то рубеж в жизни. К этим годам человек либо твердо стоит на ногах, либо жизнь не удается. Конечно, всякое бывает, но, как правило, это так.

Что я сделал за эти годы? Много ошибок, глупостей. Это да! Если честно признаться себе, то средние успехи. Внешне даже и неплохо. Но своей роли, своего Булычова я еще не сыграл. Ни в кино, ни в театре не сыграл того человека, тот образ, ради которого актер столько лет делает мелочи. А вроде многое сделано, т.е. многое сыграно. Даже интересно, что мне моя актерская судьба даст еще. Какие муки, какое счастье. Когда я был студентом, мне думалось, что вот стану актером, тогда все будет ясно, и я буду знать, как поступать в жизни. Сейчас, проработав 12 лет в театре, я так же мыкаюсь. Всякий раз, начиная новую работу, чувствую себя мальчишкой и абсолютно беззащитным. А время уходит быстро, и силы уходят быстро. Сейчас самое время что-то еще сыграть.

Но 35 лет – это самая сердцевина. Можно еще многое сделать. Буду работать, работать. Ролей бы хороших».

  Владимир Вдовиченков:

«Зритель не любит, когда не понимает. Он начинает злиться. Не надо считать зрителя глупее себя и досадовать на его непонятливость. Все гениальное просто и ясно. Сикстинская Мадонна, Шаляпин. Надо в ясном, а не в упрощенном, показать сложное. А не усложнять простое. Ясность и простота о сложном – вот путь».

А главное – одиночество в театре. Не на кого опереться! Каждый со своей мозолью и краюхой. Но так, вразнос, жить нельзя. Подохнешь, к едрене фене. Надо вырабатывать какую-то жизненную позицию сопротивления и покоя. Больше работать – меньше разговаривать».

  Владимир Симонов:

«Лет сорок назад Анна Алексеевна Орочко подарила мне маленькую фотографию Б.В. Щукина и Р.Н. Симонова с надписью: «Если бы юность умела, если бы старость могла». И, вероятно, стабильным театром может считаться тот театра, где молодые уже многое умеют, а старшие еще многое могут. Сохранение такого баланса и есть одна из самых трудновыполнимых зада для любого театра. И для театра Вахтангова тоже. Но постепенно, благодаря высокому уровню нашей режиссуры и умению работать с актерами, этот баланс налаживается. Это обнадеживает».

«Но вот новые болячки нового времени – отказ от ролей, что стало уже серьезной проблемой для театров и для нас тоже. Отказываются, естественно, актеры, кто нужен в репертуаре. А у него мешок всяких обольстительных предложений на стороне. Или еще пикантнее – некоторые не видят режиссера или не видят пьесу. Раньше актеров не видели, а теперь некоторые актеры не видят режиссеров и под этим предлогом любыми способами отказываются от ролей. Не буду омрачать праздник открытия сезона. Но болезнь-то вот она. А это болезнь. И опасная. Что делать?».

«Но не рабству ли в себе мы аплодируем? Тому самому рабству, которое любую, даже самую демократическую власть презирает, боится ее и поэтому аплодирует всякому, кто скажет хотя бы слово против!

Нам, русским, хлебушка не надо. Мы друг друга едим. Родиться – удача. Смерть – предопределение. Равенство всегда срубает ноги более высокому, потому что не может заставить вырасти карлика.

Наш театр – свободная зона – без приглашенных режиссеров нам не обойтись! Своих режиссерских сил у нас нет. Не воспитаны были.

Вахтанговское – значит современное. А современное меняется и течет. Ничто не стоит в неподвижности».

Римас Туминас:

«Уже 10 лет я сижу в главном кресле театра – художественный руководитель. И все чаще и чаще приходит в голову мысль, а не бросить ли это все? Плохо справляешься с рулем этого перенаселенного корабля. Не хватает воли, не хватает решительности в решении каждодневных проблем. Как сказал кто-то «Пока Ульянов не научится говорить нет, порядка не будет в театре». Мне природой не дано это. А пост руководителя требует и гибкости, компромиссности, и жесткости, беспощадности. Все это банальные мысли и истины».

 

На финальных аккордах романса Шмаги в исполнении М.А. Ульянова из спектакля «Без вины виноватые» - «Сияла ночь, луной был полон сад…» на сцену вышла Людмила Максакова с полным драматизма рассказом о последнем спектакле М.А. Ульянова. В ее памяти он остался человеком беспредельной доброты, внимания и нежности к людям.

  Юлию Константиновну Борисову – его неизменную и любимую партнершу зал приветствовал стоя.

Юлия Рутберг посвятила дорогому Михаилу Александровичу романс Вертинского и стихотворение Окуджавы.

 

Фонд «Забота», попечителем которого долгое время был М.А. Ульянов, привез из Иванова ценные подарки – две иконы Архангела Михаила, которые были подарены Театру имени Евгения Вахтангова и Театральному институту имени Бориса Щукина.

 

Документальный фильм «Ульянов об Ульянове», снятый Иваном Твердовским, (композитор - Константин Шевелев, продюсеры - Владимир Репников и Михаил Зильберман) стал кульминацией вечера. Вахтанговцы стоя, овациями приветствовали создателей уникального полотна о великом артисте и об эпохе, в которой он жил – честного, страстного, эмоционального.

После просмотра фильма, на сцену вышла Елена Михайловна Ульянова и низко поклонилась Вахтанговцам и Римасу Туминасу за уникальный вечер: «Сегодня отец был с нами!».