Римас Туминас: «Он светится и вокруг него светло»

По системе Маковецкого

13 июня ведущему артисту Театра им. Вахтангова исполняется 60 лет

Марина Хилькевич | Фото: Михаил Гутерман

Театрал: http://www.teatral-online.ru/news/21876/

Педагог Сергея Маковецкого по Щукинскому театральному училищу Алла Казанская любила говорить, что бывают артисты, чей талант не укладывается ни в какую систему, не поддается характеристике и описанию. Он как ртуть – отзывчив к любым переменам. В плеяде легендарных вахтанговцев для нее таким артистом являлся Рубен Симонов, а среди молодых называла она… Сергея Маковецкого.
 
Прошли годы. Сегодня Сергей Маковецкий уже и сам является мэтром, но своей гибкостью и колоссальным творческим диапазоном не перестает удивлять зрителей и коллег. О нем говорят и пишут. Спектакли с участием актера вызывают повышенный интерес. Но сколько бы он ни играл, природа его таланта остается загадкой. Она неуловима и непредсказуема, о чем свидетельствуют и партнеры по сцене, и режиссеры.

По случаю юбилея «Театрал» предложил художественному руководителю Театра им. Вахтангова Римасу Туминасу и кинорежиссеру Владимиру Хотиненко порассуждать: так все же, в чем секрет таланта Сергея Васильевича.

 

Римас Туминас: «Он светится и вокруг него светло»

– Я всегда опасаюсь громких слов, но в отношении Сергея скажу: «Да, этот черт велик!» Я его и побаиваюсь, и люблю одновременно. Его капризы порой раздражают. Но то, что он делает на сцене, меня восхищает. Мы понимаем друг друга с полуслова, и я все равно не перестаю удивляться, глядя на него. Смотрю и думаю: неужели это сделали мы с ним?

Сергей двигается по судьбе с ее бедами, с ее страстями, с ее любовью с таким накалом, что порой кажется, сердце не выдержит… Каждый раз я мысленно прощаюсь и с дядей Ваней, и с Онегиным, и с Маковецким, опасаясь за его самочувствие. В такие секунды хочется ему пожелать долгой судьбы, наполненной радостью и воплощением той мечты, которую он в себе носит.

У него трудная жизнь. Но он светится и вокруг него светло. И заражает этим светом так, что порой становится стыдно и неуютно за свою угрюмость и за отсутствие желания понять жизнь, найти в ней смысл. Когда я нахожусь состоянии рефлексии, то хватает пяти минут общения с Сергеем, и ко мне возвращаются жизнь, вера, красота.

Сергей научил меня быть внимательным, искать смыслы в каждой фразе, в каждой реплике, не пропуская ни единого слова. Он показал, что нельзя небрежно относиться к тексту, как это принято сегодня в театре. Мы встречаемся и обсуждаем реплики героев, интонации, мы ищем смыслы каждого слова. «А что это такое? А что это значит? А как это произносится? Почему это именно так, а не иначе?» – все эти вопросы он задает мне и себе, заставляя думать. Это система не Станиславского, а Маковецкого.

Я устаю порой от него. Вроде всё уже сделано, отрепетировано и всё понято, а он требует продолжать разбор. Ни капли успокоенности. И это прекрасно. Я прощаю ему все то, что позволяю самому себе. Прощаю все те пороки жизни, которые присутствуют в каждом из нас, особенно когда находишься в состоянии ожидания чего-то важного и очень нужного.

Ему не хватает достойных ролей на сцене, а в жизни – деревни, лесов, лугов, рек или озер. Этого всего у него нет, я бы пожелал ему пожить в дремучем таинственном лесу, где вокруг цветут заливные луга и растут яркие полевые цветы. Хотя… он не сможет жить без ролей, ведь он игрок – в жизни, на сцене. Он игрок, который иногда плачет. 

Сергей умный с очень крепкой памятью и потрясающей органикой актер, который способен подчинять себе зал. Он быстро осваивает новое пространство, ясно и хорошо чувствует себя в нем и мгновенно становится его хозяином. Он подчиняет себе этот мир, а потом и вовсе становится его единовластным хозяином.