Римас ТУМИНАС: «Человек становится свободным, когда способен себя ограничить»

В преддверии 99-го сезона, который открылся в Театре им. Вахтангова в пятницу, 6 сентября, художественный руководитель Римас ТУМИНАС объявил о предстоящих планах (подробнее см. материал «Театрала»). Однако его речь отличалась не только перечислением планов, но и злободневными рассуждениями, которые, возможно, разойдутся на цитаты. Приводим наиболее интересные фрагменты.
 
- Начну с грустной, ностальгической ноты. Сегодня тот день, когда нам всем предстоит поклониться и объявить, что спектакль «Пристань» закрыт! Мы прожили с ним почти семь лет, сыграли 154 раза, но жизнь не умолима, и «Пристань» растворяется в тумане времени. Многие ожидали ее возвращения в репертуар, но надо признать, что это невозможно, и спектаклю пораперейти в нашу память, в музей. На «Пристани» стало тихо, грустно и светло.
 
Наверное, так и нужно прощаться с постановкой. И не волноваться, если уйдут из нашего репертуара некоторые другие спектакли по разным причинам. Не надо переживать – надоработать дальше, уступать новым произведениям. Пусть ни для кого не станет неожиданностью, если через пол года в нашем репертуаре некоторых спектаклей уже не будет.
 
* * *
Ну, как и всегда, в день начала сезона и вы и я, волнуемся. А когда волнуешься, хочется либо шутить, либо «сгрешить». Ну, атак… грех один скажу: «Боже, боже,кого бы ты любил, если б не было меня!» (Смех, аплодисменты.)
 
Есть притча… Еврейского пророка посадили в клетку со львами, думая, что от этого наказания он погибнет. Но когда утром пришли, то увидели, что львы спят, а пророк сидит как сидел. Его спросили: как же так?! Он ответил: «Я не смотрел на львов! Я смотрел на бога!»
 
...Так вот, и я смотрю на бога, и ничего вы со мной не сделаете!
 
* * *
Я смотрю в небеса! Как жить, чем жить и как жили? Возможно ли восходить на вершины, покорять их, когда мы идем по равнине, по ровной дороге? Театр сейчас в таком состоянии, что он идет по дороге и не готов, не готов совершать чудеса, покорять вершины.
 
Некое смирение [наступило], затишье, стагнация... Это во всем. А главное, я повторяю все время, не дай бог потерять вкус, красоту понимания, ощущение красоты. Она уходит из каждого спектакля! Спектакли становятся грубее, «бытовитее», отдаляятем самым нас от автора – от главных помыслов, идей и наших мечтаний. Эта опасность велика.
 
И потому нам надо выстроить логику следующего сезона. Может и не сейчас, но ориентир должен быть проложен и на грядущий 2021 год, когда состоится юбилей театра.
 
Помню, что когда десять лет назад я рассказывал вам про замысел спектакля «Пристань» и говорил, мол, если не получится, то на столетие мы  сделаем нечто грандиозное, интересное, забавное, – по залу прошел шорох: «неужели он еще на 10 лет собирается оставаться?» Ну, вот 10 лет прошли. Остался. И надо встречать и столетие.

Дата известна: 2021 год, 13 ноября, суббота. А еще Указ президента! И это уже... Я думал, мы как-то по-домашнему отметим… Была идея закрыть театр на три дня – в память о наших ушедших великих артистах.  Пускай они там соберутся, попируют в тишине, по ночам: мы не будем заходить в театр, нарушать тишину. Встретимся где-то в кафе, в «Двух палочках»… Поговорим о театре, о том, как хочется туда зайти, как-то взглянуть, но нет – нельзя. И вот когда вы туда, наконец, вернетесь, то найдете сто лет этому театру. Как красиво это можно было бы это сделать. Но, к сожалению, нет! Есть Указ. А значит, требуется торжество.
 
Призываю всех делиться своими идеями, мы создаем худсовет по празднованию юбилея. «Пристань»-2 мы, конечно, не сделаем, хотя начало я уже придумал. Это Арбат, это суббота. Можно начать в 4 часа дня. Пригласить все театры... Может быть, даже Омск, может быть, театр из Вильнюса, может из Стамбула, может из Китая и выстроить от самой Смоленки колонну – пусть все проходят, а мы будем сидеть у основания театра. Нам несут подарки, мы их складываем, а колонна идет и идет и движется дальше...  к ресторану «Прага».
 
* * *
Надо выстраивать в этом сезоне и в следующем последовательность наших действий. Прошу всех не распыляться, не идти по ложному следу. Работы надо начинать и… иногда не заканчивать. Не дай боже закончить. Что-то должно быть не закончено.
 
Хочу зачитать вам послание, выдержку из Льва Толстого: «Выдержка, терпеливое осмысление жизни и смерти, войны и мира, это тихий стон человека, земли и вечный трагизм его стремления к счастью».
Вдумайтесь: тихий стон человека и земли.Это уже определяет некую стилистику, запах, дух произведения, которое может превратиться, трансформироваться в сценический вариант.

Опять же Толстой – в те годы, когда создавалась «Война и мир»: «Цель художника не в том, чтобы неоспоримо разрешить вопрос, а в том, чтобы заставить любить жизнь – в её бесчисленных проявлениях. Ежели бы мне сказали, что я могу написать роман, в котором я неоспоримо установлю кажущееся мне верное воззрение на все социальные вопросы, я бы не посвятил и двух часов труда на такой роман. Но ежелибы вы сказали мне, что то, что я напишу, будут читать теперешние дети через двадцать лет, и будут над ним плакать, смеяться и полюблять жизнь, я бы посвятил ему всю свою жизнь и все свои силы».
 
Вот, наверное, цель художника и, в свою очередь, мой призыв, который я адресую к вам – к актерам.
 
* * *
Многие мне говорят, что в нашем театре особая атмосфера – настолько хорошо выстроена цепочка взаимодействия от охраны и вахтеров до гардеробщиков и билетеров. Одни встречают зрителя, другие принимают его одежду, третьи провожают в зал и помогают занять свое место. Эта цепочка, она очень красивая, вы это делаете деликатно, тактично, с улыбкой. И это придает нам уверенности, но в то же время нельзя забывать о наших художественных задачах.
 
Настоящий театр всегда живет по своим законам, внутренним традициям. Станиславский и Немирович-Данченко всегда приветствовали капустники; «Таганка» и «Современник» находились в заочной борьбе (друг другу завидовали, дрались, спорили, но встречались по ночам и выпивали…). Может быть, время было такое. Сейчас всё по-другому, но мы открыли несколько сцен и я чувствую, что их программа еще не выстроилась. Мы, конечно, хотим, чтобы сюда хлынула молодежь, чтобы эти сцены стали популярным местом, но… популярность нельзя искусственно искать. Я уверен, что Арт-кафе найдет свое лицо, и на Симоновской сцене выстроится художественная программа, но пока… надо работать.
 

И главное, чтобы наши сцены не растаскали наши души, не расплескали всё накопленное и драгоценное, что у вас есть. Важно рассчитывать силы и помнить, что никто вас не спасет, а спасете себя лишь только вы сами.

 
* * *
Наверное, будем искать радостные красивые моменты, будем думать о свободе, должны стать свободными людьми, обрести ощущение свободы, а свободным человек становится только тогда, когда способен ограничить себя. Чем больше он может (и должен!) ограничить себя, тем становится он более свободным.И потому все дороги ведут опять же на Большую сцену, а те тревоги, про которые я ранее сказал, отдаляют нас друг от друга.

Мы теряем связь. Привычным становится ощущение одиночества, это нормальное ощущение, но за одиночеством есть вещи и пострашнее, поскольку очень трудно потом искать путь к человеку.
 
* * *
Это касается и театра и прежде всего отношений между актером и персонажем. Между ними тоже очень долгий путь. И я рад, что мы не грешим, мы идем по этому пути непростому, вбираем всю историю, думая о человеке, а не о себе, раскрывая автора – человека, которого вы заменили или продолжили его жизнь. Вы в ответе за них,за умерших, за ушедших, за исторических лиц, с которыми столкнула вас судьба. Это и есть долгий путь к человеку – сложный, томительный, но такой благородный.
 
Я прошу всех артистов: не тратьте время на то, чтобы «раскрыться», «вложить душу», «выразить себя для зрителя». Всё это наивность и фальшь. Удача приходит только лишь тогда, когда вы пройдете долгий путь к человеку, к автору произведения, к его персонажам, а для этого надо только вчитаться. Уберите «трактовки». Высокая литература просится, чтобы быть раскрытой. У меня порой спрашивают: как вы придумали тот эпизод или этот? А ничего придумывать не надо. Я просто вчитываюсь. Читаю и читаю, один и тот же текст. Это порой мучительно, не всегда увлекательно, но в один прекрасный день всё брызнет, как роскошный фонтан – всекартины, все образы, вся информация, эпоха, звуки, ароматы… Только успевай монтировать.
 
* * *
И завершу свое выступление одной цитатой: «ОградяОтечество безопасностью от неприятеля надлежит стараться находить славу государству через искусство и науки». Пётр I.